Поздно - не надо звонить никому,

Не надо дышать в стекло -

Я не могу объяснить, почему,

Но что-то - просто ушло.

Тихо, как тень в предрассветный сад,

Как память - в дождика взвесь...

Стрелкой расчерченный циферблат

Больше уже не здесь.

Значит, без вздохов, без сборов в путь -

Просто, как взор, как дрожь...

И - из всего, что мог бы вернуть -

Ничего не вернешь!

Осовев от столичного шума,

Оступившись в слепое "опять" -

Все на свете несложно додумать,

Тусклым вечером перечитать,

Проиграть отголосками эха,

Растоптать, как скитаний цветы...

Но однажды - от человека -

Остается комок пустоты.

И - стремительно тающим телом -

Расползается времени ртуть -

И уже ничего не поделать,

И уже ни за что не вернуть.

Ну вот и прорвалось - как ярость, как смех,

Как самая точная точка,

Как вечности вал, окативший нас всех,

Как бездна ночей в одиночку,

Ну вот и сошлось, а ты думал - легко?

Ты думал, об этом мечтают?...

Счастливые души не пишут стихов -

А может, и не читают.

Серым всплеском в разинутом жерле ночного колодца,

Заостренным куском не сдержавшего вечность стекла -

Как оно промелькнет, отзвучит - и потом отзовется

На каких горбоносых углах?

Черной горсткой ненужных неравенств, игреков, зетов и иксов,

Смутно-сладостным сгустком навеки сбежавшей мечты -

С недостижимо-прозрачного берега Стикса,

Из ледяной немоты.